Попробуем остановить мгновения
(
чтобы понять, что же есть «Эксперимент»)

– Ну, все притащили?

– Да нет, еще столько же в «мастерской»[1]

 Альбомы – аккуратные, с надписями и без, с еще не разложенными «фотками» переходят из рук в руки: от учителя к ученику и наоборот. Их листают бережно, весело, с ностальгией, с гордостью. Здесь – история «Эксперимента» в лицах, фактах, комментариях. Как ни пытаются его основатели – Бронислав Александрович Зельцерман и Маргарита Львовна Дубина соблюдать хронологический порядок, мысль то и дело перескакивает с одного на другое – слишком много пережито за эти годы. И никакой пленки не хватит, чтобы зафиксировать летящие мгновения этой необычной школьной жизни.

Человеку со стороны пролистать страницы чужих воспоминаний все же проще. Поэтому начнем с начала.

А сначала была идея.

Б. Зельцерман: До 84-го я работал в тогдашнем «Политехе» (теперь это Рижский Технический университет). Пытался учить студентов. Мучился. Ни теория, ни специализация «не шли» как хотелось. Сверлил себя вопросом: «Или я что-нибудь делаю не так, или они (студенты) не такие?» Засел в библиотеке, перебирал по косточкам всю педагогическую науку, анализировал разные системы. Помогли семинары, которые проводил в то время в Латвийском Университете Гершон Бреслав, современный ученый, психолог. Совместно искали ответ на главный вопрос, как построить образование, доставляющее удовольствие и ученикам, и учителям?

Искать ответ на этот каверзный вопрос Бронислав Александрович отправился в школу. Вернее, туда его «отправила» в самых нелестных выражениях одна сердитая дама на семинаре: «Теоретиков тут развелось! В университет к ним приходят «не такие». Ну, так пошли бы в школы и сделали «таких»!». Он пошел.

Первый проект так и назывался: «Эксперимент». Доклад о нем слушала и анализировала самая заинтересованная аудитория. Было это в Раубичах, под Минском, где на оргдеятельностной игре обсуждались формы и методы реформы школы. Главный вывод, который «унес» с собой Бронислав Александрович после обсуждения его доклада: невозможно построить новое образование внутри старой системы, оно должно строиться рядом. Вместе с коллегами-единомышленниками из Петербурга, Москвы, Красноярска, Риги был подготовлен проект «Новая школа», в котором листов двести занял подробнейший анализ существующих в мире систем образования (на это ушло полгода) и обоснование выбора самой современной и перспективной из них – системы развивающего образования Д.Б. Эльконина – В.В. Давыдова. Финансировать проект решилась рижская фирма «Инженер». Это была первая фирма, вложившая деньги в образование. Казалось бы, нет больше проблем? Как мудро заметил Жванецкий: был бы человек, а проблемы к нему найдутся.

А практическую работу начали с малышей.

 Пушкинский лицей, 60, 61, 26, 21 средние школы. Так здорово все начиналось – 4-5-летки без проблем включались в систему, ведь им было интересно. С ними играли. Но игры были не обычными – развивающими. Мышление, воображение, способность к общению: «Что на что похоже», «Если бы…», «Продолжи ряд»… Одна только игра со смешным названием «Ого! Хи-хи» решает несколько серьезнейших  задач: развитие воображения, речи, умения учитывать другую точку зрения, пользоваться приемом контраста, снятие эгоцентризма:

– Как вы думаете, 30 – это много или мало? 30 автомобилей – ОГО! Это много. А 30 волос на голове? ХИ-ХИ! Это мало. Назовите количество, которое можно было бы считать и большим, и малым. От чего это будет зависеть?

– Два гриба под деревом и два гриба в корзине.

– Сто картинок и сто секунд.

– Семь ног и семь снежинок…

 К концу игры дети вместе с учителем приходят к выводу, что задачка не решается ТАК просто (5 тарелок супа на одного – ОГО! А на весь класс – ХИ-ХИ!)

 После любой игры – обязательный анализ полученного результата, разбор ошибок и успехов. Так, незаметно для себя (но не для Учителя!) ребята один за другим совершали первый в своей жизни прыжок из игровой в учебную деятельность.

Но для педагогов традиционной школы они становились слишком «ершистыми», неудобными. Задавали массу вопросов, в том числе затрагивающих «честь мундира»: «А почему это надо учить так? Может быть, можно и по-другому?», «Нам не интересно зубрить по учебнику – давайте проведем на эту тему деловую  игру, как в «Эксперименте»! Вы, Тамара Андреевна, будете организатором, Николай Петрович – экспертом…»  Взрослые нервничали: «Это еще что за чудачества? Ишь, умники нашлись!» Те учителя, которые не желали идти дальше, естественно, жаловались администрации. Та принимала меры. И новое, а вместе с ней и ее авторы оказывались за порогом школы.

 «Экспериментаторы» пробовали работать и со студентами. Поначалу на это любезно согласился ректор Технологического Университета РОЛ (первого частного вуза), не догадываясь о последствиях. У преподавателей Центра было свое «поле»; вели экономику, методологию мышления, герменевтику, право, логику. По-своему.

Б. Зельцерман: Посещали нас иногда. То на «Право» заглянут, а там – обсуждение полного отсутствия права в СССР, то на «Экономику» – там тоже не слаще: обсуждение причин непонимания экономических законов. Повторились наши школьные «заморочки»: студенты стали бесцеремонно отрывать докторов наук от зачитывания конспектов и задавать вопросы.

Вдумчивый читатель, наверное, уже успел спрогнозировать, чем закончился этот университетский эксперимент: экспериментаторам велели покинуть «гостеприимное» помещение.

Но почти всегда «покинутые» не спешили покорно возвращаться на «круги своя». Те, кто успел «вкусить» атмосферу свободы и творчества, ждали ее возвращения.

Б. Зельцерман: Нашим домом стала 22-я средняя школа Риги. Вот здесь, в этом самом классе мы снова начали свой «Эксперимент» и продолжаем его до сих пор. А тогда, в 91-ом, родители привели к нам первоклашек, которые раньше занимались у нас в студиях других школ. И «процесс пошел»…

Надо отдать должное администрации школы: она не только не мешала процессу «идти», но и всячески оберегала от ненужных помех на его пути. Выполняя требование Бронислава Александровича, три года в экспериментальном классе не проводилось никаких «внешних» проверок. «Эксперимент» получил солидный кредит доверия. Но диагностика детей в 3-ем классе показала столь высокие результаты, что стало ясно: кредит оплачен сполна. В то время школу посетила аккредитационная комиссия. Заместитель председателя школьной управы «заглянула» на урок математики. Отделалась легким шоком: «Послушайте, что это было? В нормальной школе этот материал проходят в шестом…»

 На рынке образования «Эксперимент» завоевывал все большее доверие. В студию стали принимать трехлетних, потом – двухлетних малышей. Все они к началу школы намного опережали в развитии своих сверстников. Проходили наборы и в среднюю школу «Эксперимента».

 В 1992-ом «Эксперимент» впервые объявил о наборе в среднюю школу, давая шанс всем неудовлетворенным своим образованием детям попытать счастья в новой образовательной системе. «Неудовлетворенных» было много. Чтобы начать новую жизнь, пришлось проходить довольно жесткий отбор –  тестирование.

Денис Нетунахин (выпускник): С чем я могу сравнить свой приход в «Эксперимент»? С крупным выигрышем в лотерею. Счастливый случай. Я попал в совершенно новую для меня атмосферу. Это были другие учителя, другое содержание обучения, другие ребята. Какое-то просто уникальное стечение обстоятельств. Знаете, как в лицее, где учился в свое время Пушкин.

Когда в 95-ом состоялся первый выпуск «Эксперимента», ребятам пророчили респектабельное будущее. И не ошиблись. Сейчас первые из них закончили вузы Нью-Йорка, Москвы, Риги. А в памяти Учителей они так и остались выпускниками: каждый – яркая личность, а все вместе – «прекрасный союз».

Бронислав Александрович вспоминает, как на выпускном, как и положено, кружились в вальсе или лихо отплясывали рок-н-ролл пары (а девчонки в 5 утра –босяком), а потом все вместе встали в круг, обняв друг друга за плечи.

Руководители «Эксперимента» и не думают скрывать, что здесь учится будущая элита – умные ребята. Здесь же, не жалея сил, «подливают масла в огонь».

Программа «Эксперимента» намного шире, чем обычная школьная: методология права, игротехника, даже – основы организации мышления и деятельности. Организационно-деятельностные игры – место и время главных «сдвижек» в мышлении. Но главное – система. По научному она называется так: развивающее обучение (Д.Б. Эльконина – В.В. Давыдова) и мыследеятельностная методология (Г.П. Щедровицкого). В чем ее отличие от традиционного обучения? В другой ориентации. Если традиционная школа ориентируется на формирование определенных знаний, умений, навыков путем репродукции (делай как я!), то развивающее образование – на развитие мышления как такового. «Знания нельзя передать, считают сторонники этой системы. Они должны быть сконструированы учащимся для самого себя». А задача педагога – создать условия для рождения этого нового знания. Кто-то сказал: «Даже самый искушенный учитель не может понять за своего ученика объясняемый материал». Обучаются собаки и дрессированные медведи. Человек же учится сам.

 Традиционная школа, к сожалению, только обучает. Этот пресловутый «процесс обучения» у моих ровесников (поколения 70-х) отождествляется в основном со стрессовыми ситуациями (тебе что-то не ясно, а вместо того, чтобы спросить, дрожишь: вызовут – не вызовут?). Нам что-то объясняли, «вдалбливали», заставляли, наконец. Но никто не стремился добиться понимания. Денис Нетунахин задачу такого обучения метко сравнил с «задачей» магнитофона: как можно точнее воспроизвести запись (конспекта, учебника). Задаешь вопросы – это настораживает: значит, что-то «не усвоил». Почему мы с нашим школьным багажом часто не справлялись с, допустим, олимпиадными заданиями, продвинутыми чуть дальше наличных знаний? Ответ сформулирую так: мы не использовали всех возможностей нашего мышления. Мешал, как ни странно, тот самый «багаж» – опыт решения стандартных задач, задач на подобие. Как только встречалась «не подобная», начиналась тихая паника и как результат – полная путаница в тематических отделах «багажа»: откуда что «вытаскивать» – становилось окончательно непонятным. Кроме того (тоже из собственного опыта), я заметила, что вызубренный материал обладает пренеприятнейшим свойством: «улетучиваться» в самые неподходящие моменты.

 Ученики «Эксперимента» ничего не получают в «готовом виде». Обстановка на уроках (это уже мастерство Учителя) такова, что в процесс размышления и поиска решения включены все. Вместе с учителем они проходят тот путь, который прошли ученые, открывая новое. Каждый пройдет этот путь по-своему. Денис думает так. Марина – иначе. А Ольга – совсем по-другому. Мнение каждого выслушивается с уважением. А Учитель находит способы, как помочь «взять первую высоту» одним и заинтересовать других идти дальше. Наверное, способности тоже «прорезаются», если есть потребность в развитии.

 Чтобы суметь быть организатором такого «подъема», надо подниматься самому. Поэтому вся педагогическая команда «Эксперимента» непрерывно учится. Она – самое что ни на есть реальное воплощение модного лозунга «Образование длиною в жизнь». Защищают магистерские, готовят – докторские. Благо – материала достаточно в собственном доме (я не оговорилась: педагоги  «Эксперимента» здесь разве что не ночуют). Помню, одна молодая учительница жаловалась, что подготовка к уроку занимает у нее слишком много времени. Бронислав ответил: «У настоящего Учителя на это уходит вся жизнь».

Денис Нетунахин (сейчас – тоже преподаватель «Эксперимента»): Из собственного, пока небольшого преподавательского опыта могу сказать: нужно либо «родиться» в этой системе, либо очень много работать над собой, совершенствовать себя. Почти как тибетские монахи.

Б. Зельцерман: «Эксперимент», как живое существо, растет и развивается. Естественно, при этом происходят качественные изменения. И если мы, преподаватели, в чем-то этим изменениям не будем соответствовать, они «вытолкнут» нас почище любой администрации. Это для нас – стимул, «вечный двигатель».

На преподавательские места в «Эксперименте» конкурс. Причем, довольно жесткий. Как и в случае с учениками, здесь остается элита. Почему же «Эксперимент» так упорно стремится к этому?

Б. Зельцерман: Я, действительно, хочу работать только с умными людьми. Потому что жизнь, как известно, дается человеку только один раз, и прожить ее хочется так, чтобы было интересно. А интересно – когда вокруг тебя не дураки. А умные…УЧЕНИКИ.

Однажды летом «Эксперимент» посетил сам основатель системы – академик Василий Васильевич Давыдов. Всей педагогической командой отправились путешествовать на яхте. Но то ли погода была «не летная», то ли яхта старая – застряли в заливе в два часа ночи. Учителя – разного возраста, у некоторых пошаливало здоровье. Но каждый старался поддержать другого и еще – не упустить возможность подискутировать с мэтром о проблемах образования. Когда «плавание» закончилось, Давыдов сказал: «Хорошая у тебя команда, капитан. Удачи Вам!»

Еще одна составляющая успеха «Эксперимента» – родители его учеников. Без них процесс развития не будет полным. Традицией стали дни семейного отдыха. Хотя отдых в «Эксперименте» понимают как смену видов деятельности: родители здесь участвуют в деловых играх, внимательно изучая специально для них составленный методический комментарий; готовят выступления на ежегодных Рождественских встречах «Золотой тигр» (центр родился в год тигра); вместе с детьми несколько лет подряд ездили в летний трехнедельный лагерь в Пабажи. Лагерь – это фактически продолжение учебного процесса, только в другой форме: интеллектуальные и творческие конкурсы, подготовленные вместе с родителями, как нельзя лучше способствуют взаимопониманию поколений.

Одна из задач такого лагеря – сформировать общность: дети, родители, учителя. И еще здесь решаются те задачи, которые не удалось решить в течение учебного года. После нескольких таких «вылазок» сформировалась концепция начального обучения: чтобы выполнить все учебные и психологические задачи, к начальной школе надо добавить еще один год. В правильности такого решения убедились, когда увидели, что дети, перешедшие из 4-летней начальной школы в 5-й класс, по критериям традиционной школы соответствуют семиклассникам. Педагоги не стали соблюдать хронологию, и весь пятый класс, дружно «перелетев» через учебный год, стал седьмым. 

Один из коллег Бронислава Александровича,  ныне живущий в Америке, на 10-летии «Эксперимента» сказал: «Много было разговоров о построении новой школы. А Зельцерман взял и построил». 

В «Эксперименте» учатся ради радости учения. Прав Леви: знание, усвоенное без радости, не усвоено. Ученики «Эксперимента» могут без опаски путешествовать по дорогам знания и незнания, задавать вопросы, ошибаться, высказывать свои мысли. Потому что умные учителя не станут одергивать их, приводить к общему знаменателю в угоду стандарту.

Денис Нетунахин: Я делю свою биографию на то, что было до и после «Эксперимента». То видение мира, те способы работы и правила игры (в самом лучшем смысле), которые предлагаются здесь, действительно, работают. Они позволяют быть достаточно успешным и эффективным. Попав в «Эксперимент», я стал расти в собственных глазах и к 12-му классу «дорос» до того, что мне под силу было почти все: реализовать любой проект, проанализировать сложную проблему, событие… 

Ирина Емельянова (11-ый класс, в «Эксперименте» с 4-х лет): «Эксперимент» дает возможность задуматься. Не только о предметах, но и о том, что ты значишь в этой жизни, что ты должен сделать, чтобы стать лучше. В обычной школе приобретаешь набор знаний, умений, навыков. Здесь – становишься личностью. Для меня важно использовать эту возможность.

Игорь Тавлиди (ученик 12-го класса, в «Эксперименте» с 5-ти лет): В «Эксперименте» чувствуешь себя человеком. Учитель с Учеником разговаривает на равных. И у того, и у другого есть желание учиться, а значит – совершенствоваться.

Алексей Власов (11-й класс): В «Эксперименте» мы учимся сами, а не учителя нас учат. Учимся творчеству. Мне нравится работать над проектами. Особенно запомнился проект «Поиск зон непонимания у учащихся и поиски путей устранения этих зон».

Профессор А. Дусавицкий на Международном фестивале школ развивающего обучения, который проходил в 95-ом году, сказал: «Чем отличаются эти дети? А вы посмотрите: у них живые глаза». Наверное, именно такие глаза способны разглядеть общее в частном, увидеть тот самый полет Чайки, живущей в каждом из нас, о котором писал Ричард Бах. Его пьесу «на бис» исполняли выпускники, празднуя 10-летие «Эксперимента». Через пьесу был продемонстрирован уровень готовности к размышлению. Чайка Джонатан учила зрителей «пользоваться пониманием».

Яркие, как вспышки объектива, мгновения школьной жизни. В стоп-кадрах на миг приостановлено движение, но «схвачено» главное – настроение, эмоции, способность к творчеству.

1996 год. Первая Международная олимпиада школ развивающего обучения. Шесть бессонных ночей. Шесть напряженных, сумасшедших и радостных дней. Команда «Эксперимента» стала победителем. Счастливые лица Учителей и Учеников на фоне призов – компьютера и электрооргана. Когда немного отпустит усталость, На вокзале в Риге победители исполнят на нем гимн. Гимн «Эксперимента».

За 5 лет участия в Олимпиадах некоторые ребята умудрились получить больше десятка медалей. Рекорд – 13. Олимпиада 2000 года (недаром – 2000-й!) была, пожалуй, самой сложной. Более 500 участников из 4 стран. Во многих смыслах. Более 500 участников из 4 стран. Подготовили 5 команд, причем, участвовать могли все, кто хотел.

Б. Зельцерман: Вот эта фотография, когда объявили о победе команды «Эксперимента». Это было глубочайшее эмоциональное переживание. И для Учителей, и для Учеников.

Историю «Эксперимента» делают его участники. Учителя, Ученики, Родители. Все вместе – команда единомышленников. Группа поддержки и развития новой системы, дающей уникальную возможность – реализовать себя. Как это удалось – читайте в этой книге. А Бронислав Александрович объясняет это так: «Мы взялись – и у нас получилось!» В принципе, так бывает всегда, если знаешь, что делаешь и отвечаешь за свое Дело!

Е. Шайтере


[1] «Мастерская» – главная учебная аудитория «Эксперимента». Здесь проходят занятия, отсюда «разлетаются» его выпускники.

Back | E-mail